Популярная в последнее время в Эстонии услуга – мини-склады для компаний и частных клиентов – таит в себе опасность, о которой многие не подозревают. За долги клиенты могут лишиться всего, что отдали на хранение. О том, почему таких случаев в 2024 году стало гораздо больше и что именно приходится распродавать, рассказал в интервью ДВ судебный исполнитель по Харьюмаа Ристо Сепп.
![У обычных людей жизнь в экономическом смысле потруднее, такой вывод сделал судебный исполнитель из-за резкого роста задолженности в последний месяц.](https://static-img.aripaev.ee/?type=preview&uuid=1169da2b-45af-5701-9f75-f9e4129c60e5&width=3840&q=70)
- У обычных людей жизнь в экономическом смысле потруднее, такой вывод сделал судебный исполнитель из-за резкого роста задолженности в последний месяц. Foto: Unsplash
Бизнес по предоставлению боксов для хранения вещей стал популярен в Эстонии не так давно. Компании строят, арендуют или покупают большое складское помещение, разбивают его на множество мелких отсеков и сдают небольшим фирмам, например, торговым, для мини-склада или частным лицам для хранения вещей, которые не поместились дома или в случае переезда. Однако все чаще они сталкиваются с трудностями – клиенты не платят за аренду, просрочка доходит до нескольких лет. Тогда компании обращаются к судебным исполнителям, которые имеют право проводить и частные торги. Один из них, Ристо Сепп, согласился подробно рассказать ДВ об этой новой проблеме.
Экономический кризис сказался на задолженности? Что сейчас происходит с аукционами по продаже частного имущества за долги?
Тенденция, которую я вижу, это рост частных торгов, то есть провести которые решило не государство, а частные лица или компании. Мы можем сказать, что жители Эстонии стали чаще продавать свое имущество на торгах. Некоторые просят продать машину, квартиру, компьютер, чтобы расплатиться по долгам. Но есть и другие случаи.
В Эстонии сейчас популярна бизнес-модель, когда компании сдают в аренду помещения для хранения. Довольно прибыльная история, и довольно много таких компаний. Плата за аренду может быть 55 евро в месяц или 160 евро в зависимости от размера. Единственная проблема в том, что арендаторы иногда не платят. И не знают, что в договоре указан пункт, по которому все имущество, оставленное на хранение, находится в залоге у владельцев помещения. И тогда у компании есть возможность дать знать этому должнику – «слушай, теперь твои вещи мы продадим, поскольку ты нам должен» – и обратиться ко мне, к третьему лицу.
Судебный исполнитель приезжает на место, составляет опись того, что оказалось внутри, и после этого выставляет вещи на торги.
И количество таких обращений выросло?
Да, таких обращений стало очень много, их число растет, начиная с мая. Если раньше была, условно, одна заявка от компании в месяц, то в июне уже пять только от одной компании.
И тут есть два варианта. Либо эти компании, которые обращаются к судебному исполнителю, просто наконец узнали о своих правах, то есть о том, что имущество у них в залоге. Но это не мой случай – ко мне обращаются те компании, с которыми я уже работал, они давно знают о своих правах. Значит, остается вариант, когда у людей, у обычных людей, просто жизнь стала в экономическом смысле потруднее. Заработные платы стали, может быть, меньше, другие доходы. Потому что ненужные вещи, которые ты сдал на хранение – это первое, на чем ты начнешь экономить.
Многие просто не знают, что так они потеряют свои вещи. И вот их извещают, что скоро будет аукцион, для которого не нужно даже судебного решения, поскольку у арендодателя есть на это законное право.
Многие просто не знают, что так они потеряют свои вещи.
Ристо Сепп
судебный исполнитель
А что хранится в таких боксах? Во-первых, просто любопытно. А во-вторых, удается ли это продать так, чтобы покрыть убытки компаний-арендодателей?
Внутри боксов оказываются очень разные вещи. Велосипеды, старые документы, книги, виниловые пластинки, видео, разная техника, мебель, одежда, обувь. Были и золото, маленькие цепочки, дорогие часы Rolex, ножи, картины. Всякое бывало. Обычно люди используют эти боксы, если, например, выезжают из старой квартиры, которую арендовали, и пока некуда деть вещи. Или они все не поместились в новую. Или если люди просто не живут больше вместе, и одному из них негде было разместить свои вещи. Я видел один маленький бокс, где было все мужское – одежда, обувь и также все, что нужно для жизни – посуда, пылесос. Видел и боксы, где хранят еду – и полные пачки, и открытые, у которых давно вышел срок годности. Но ее хранят. Почему? Наверное, привычка не выбрасывать еду... И никто не думает, что чем больше вещей, тем больше места нужно и надо больше платить, и иногда избавиться от чего-то (продать, отдать, утилизировать) выгоднее, чем хранить то, что не нужно.
![Вещи, оставшиеся в неоплаченных боксах. Фото: личный архив Ристо Сеппа](https://static-img.aripaev.ee/?type=preview&uuid=f8f6446c-6c29-5ecd-ab25-ac66b4ccfde1&width=3840&q=70)
5 fotot
- Вещи, оставшиеся в неоплаченных боксах. Фото: личный архив Ристо Сеппа
Если бокс арендовала компания, то это остатки товаров, с которыми компания работала раньше. Последнее, что я помню, была косметика.
Однажды были профессиональные эротические альбомы со множеством молодых женщин, но не порнографические. Большие боксы, доверху набитые коробками с этими альбомами, их были тысячи. И там даже были договоры, юридически правильно составленные, о разрешении на съемку. Все эти фото были сделаны 20 лет тому назад, то есть женщинам, которым тогда было 18, сейчас под 40 лет.
То есть, держать можно все, кроме того, что запрещено законом. Нельзя держать оружие, наркотики и т.д. Или вот если бы это были фотографии с изнасилованиями или чем-то еще запрещенным, вот тогда это была бы уже большая проблема.
Что вы сделали с этими фотографиями?
Коробки с альбомами я сначала показал полиции. Просто на всякий пожарный. А потом сказал компании, которая сдавала бокс в аренду: «Слушайте, мы должны найти другой путь». Потому что продавать на аукционе такое все равно нельзя из-за закона о защите личных данных.
Да, это просто эротические снимки и пленки, но там все-таки не только голые, скажем, женщины, но там же видны лица тоже. И даже если на аукционе, чтобы показать товар, я могу затемнить лицо, то тот, кто их купит, этого не гарантирует и может, например, использовать для шантажа.
Эти женщины из Литвы, Латвии, Эстонии и России, они в то время были молодыми и не задумывались, что будет через 25 лет. А теперь среди них могут быть сегодняшние политики и бизнесвумен.
К счастью, этот должник начал в итоге расплачиваться сам.
Я просто сказал компании, это нельзя продавать, слушайте, мы должны найти другой путь.
Ристо Сепп
судебный исполнитель
Но чаще вещи не такие экзотические. Как удается найти на них покупателей?
Мы обычно продаем их на той же
электронной площадке, где проходят государственные торги.
Маленький склад может быть в принципе от двух квадратных метров до… сколько я видел? Самый большой, который я видел, был 42 квадратных метра. И обычно эти боксы максимально использованы, то есть забиты полностью от пола до потолка. Мы один за другим фотографируем все предметы из этого бокса. Открываем, если там маленькие какие-то коробки. И выставляем на торги.
Обычно мы продаем все имущество, которое было в боксе, единым лотом. Очень редко разделяем. То есть нет такой возможности, что, например, я хочу и возьму только самое ценное. Нет.
![Вещи оставляют совершенно разные – от брендовых марок одежды до кухонной утвари. Фото: личный архив Ристо Сеппа](https://static-img.aripaev.ee/?type=preview&uuid=1e04742f-d4d5-5384-9073-d17f66c750b4&width=3840&q=70)
5 fotot
- Вещи оставляют совершенно разные – от брендовых марок одежды до кухонной утвари. Фото: личный архив Ристо Сеппа
Стартовая цена на аукционе определяется по просьбе клиента, который обращался к судебному исполнителю. Но она должна быть настолько привлекательная, чтобы уже в первом раунде, который обычно занимает один месяц, нашлось много желающих. Иначе мы просто теряем время, и арендодатель, которому остались должны, несет еще больше убытков из-за простаивающего помещения.
Обычно бывает много желающих купить задешево интересные вещи. И если участников много, тогда психологически они хотят все за небольшие деньги, но поднимают цену в ходе торгов и в итоге предлагают очень высокую цену.
Кто эти покупатели? Вы такие разные предметы назвали. Кто покупает виниловые пластинки, книги, это понятно. А если это еще и мебель, одежда, какие-то документы, то я не представляю, кому может быть интересно купить сразу целиком такой набор.
Там есть и частные лица, которые предлагают и делают ставки, и компании. Имена довольно часто повторяются. То есть, они, наверное, уже свой бизнес-план имеют и перепродают это имущество.
Если это одежда и люди видят, что это хорошая марка, костюмы, например, то стоит их почистить и повесить на вешалку, и цена будет уже другая. Думаю, просто принцип в том, чтобы купить дешево, продать подороже.
Если вы продаете все-таки не очень дорого, то как компании, которые владеют этими боксами, остаются в прибыли?
Очень многое зависит от того, как быстро они обращаются к судебному исполнителю. У первых компаний, которые обращались ко мне, были должники, которые им не платили по 2-3 года. И это очень много.
Принцип в том, чтобы купить дешево, продать подороже.
Ристо Сепп
судебный исполнитель
Тогда я сказал им, что они должны прописывать в своем договоре с клиентами срок, когда они будут обращаться для продажи этого имущества. И это должно быть короткое время, то есть два месяца, три месяца, четыре, не больше.
Помню арендатора одного бокса, он был турок, должник, частное лицо. Он больше в Эстонии не жил, выехал из квартиры, которую арендовал и имущество просто оставил в большом боксе. Там были и очень дорогая техника, например, проигрыватель для пластинок и сам винил, живопись, костюмы и обувь тоже. Он задолжал за аренду уже 7500 евро. Представляете? Мы выставили это все на торги, аукцион был почти завершен. И в последний день этот человек погасил всю задолженность прямо перед аукционом.
![Фото: личный архив Ристо Сеппа](https://static-img.aripaev.ee/?type=preview&uuid=71a7aaf0-81af-5bb9-97cb-c76a31cb53e7&width=3840&q=70)
- Фото: личный архив Ристо Сеппа
Но если мало ценного, то компания в убытках, конечно. Для нее в этом случае главное – освободить площадь и скорее вновь сдать.
Сейчас ко мне приходят очень быстро – это полгода максимум, а обычно уже 4 месяца, не больше.
Похожие статьи
«Рынки могут упасть на 75%»
Аналитики Swedbank Тармо Танилас и Меэлис Маазик как следует напугали инвесторов на инвестиционном фестивале Äripäev. Они привели статистику за последние 100 лет, которая свидетельствует, что когда экономика и рынки были в том же состоянии, что сейчас, вскоре наступало экономическое падение и крах на фондовом рынке.
Манипуляции хозяина замка Лайтсе с названиями фирм привели к тому, что бизнес-партнеры чувствуют себя обманутыми, и это продолжается уже долгое время.
Известный продавец мяса Estonian Meat House погряз в долгах и движется к банкротству. Руководство компании же пытается продолжить деятельность под новым юридическим лицом.
Парфюм — такой же элемент образа, как сумка или туфли. Он придает уверенность в себе, поднимает настроение и вдохновляет. Но так сложилось, что многие экономят на духах и вместо оригинальной продукции покупают реплики или товары неизвестных марок. А зря.
Сейчас в фокусе